Наш прогноз на 2013 г. в целом оправдался. Мы, с одной стороны, не испытывали оптимизма по поводу успехов модернизации государственных предприятий и наполеоновских планов по росту ВВП, а с другой, не разделяли алармистских настроений отдельных независимых экономистов, предсказывающих уже к лету курс рубля к доллару на уровне 14 тыс. Однако мы надеялись, что крах политики модернизации заставит власть приступить к пересмотру, пусть и фрагментарному, экономической политики, сложившейся за два десятилетия. К этому все и шло. В октябре правительство и Национальный банк приняли революционный по белорусским меркам совместный план. Но сказав "А", власть отказалась произносить "Б". План вроде бы есть, но информация о его реализации отсутствует.
С чем мы ошиблись, так это с электоральным рейтингом А. Лукашенко. Нового исторического минимума он не достиг, т.к. три первых квартала рос и только в четвертом падал. На протяжении всего года динамика рейтинга определялась динамикой заработной платы, что естественно. Но вот как раз с динамикой заработной платы мы и ошиблись. После кризиса 2011 г. трудно было предположить, что власть вновь решится на ее ускоренный рост.
Что касается прогноза относительно динамики социальных индексов и электорального рейтинга А. Лукашенко, сделанного в ноябре, то он полностью оправдался. Все три социальных индекса заметно снизились, а рейтинг сократился на 7.8 пункта (с 42.6% до 34.8%). Полагаем, мы не ошиблись, предсказывая не просто временное снижение социальных индексов и рейтинга, а начало новой тенденции.
Внутренние ресурсы у белорусской социально-экономической модели для поддержания электорального рейтинга своего архитектора отсутствуют. Его динамика давно уже является производной от уровня российских дотаций, который в свою очередь диктуется политикой "короткого поводка": Россия постоянно идет на уступки Беларуси, но в размерах, позволяющих республике-партизанке избежать экономического краха. Очередное соломоново решение по нефти, как мы и предполагали, было принято в Москве в декабре: Россия согласилась поставлять запрашиваемое Беларусью количество нефти (23 млн. т), но график поставок согласовала только на полгода.

Дирекция НИСЭПИ

Полная версия см. здесь »»